Житель Дрогичинского района лишился урожая и остался с долгом в 10 тысяч долларов

Три суда в Бресте и арест почти на полтора месяца за подписку на экстремистские каналы, в чём обвинили 60-летнего жителя из Дрогичинского района – так закончилась поездка Владимира Козека в Польшу за дешёвыми товарами.

“Целый год я на земле и в теплицах работаю. Зимой возил, весной садил, поливал. Брал в долг на 10 тысяч долларов, свои деньги вложил, что удалось скопить, – рассказал Владимир Козека. – Думал на малине, клубнике, голубике заработаю. Долги верну и на жизнь на следующий год ещё останется. Но всё пропало. Остались долги и убытки”.

Уехал за маслом в Польшу на день – вернулся через полтора месяца

9 мая 2023 года житель деревни Людвиново со своим знакомым решили поехать в Польшу, чтобы купить масла в автомобиль да каких-то других товаров по мелочи. Посчитали, что в соседней стране дешевле, а экономии на покупке автомобильного масла хватит, чтобы покрыть затраты на дорогу.

Дату выбрали, потому что в праздник Победы очереди на границы были поменьше. И всё бы прошло спокойно, но на обратной дороге на белорусской границе путешественников попросили показать телефоны…

По доброте душевной или из самоуверенности, что ничего противоправного они не совершали, телефоны мужчины дали в руки каких-то сотрудников. В телефоне Владимира Козеко обнаружили, что он подписан не только на группы ягодников и пчеловодов, но и информационные ресурсы, которые признаны экстремистскими материалами. Это и стало поводом для задержания.

По словам Владимира Георгиевича, 10 мая 2023 года его задержали и отвезли в райотдел милиции г. Брест и поместили в ИВС. Но ни первые трое суток, ни последующие 6 дней, не предъявляли никакого обвинения в правонарушении.

Первый суд состоялся 19 мая 2023 года. Дали 10 суток ареста и конфисковали телефон. Потом суд 26 мая и ещё 15 суток ареста. Потом из камеры в суд и снова 15 суток ареста… По словам Владимира Козеки, 4 июня 2023 года он объявил голодовку. Отпустили сельчанина 23 июня.

Вернувшись домой, Владимир Георгиевич прошёл свои земельные владения, которые его кормили и являлись единственным источником дохода. Сказать что он расстроился – это ничего не сказать. Он поник и сердце обливалось от того, что он увидел. Месяцы каторжной работы, огромные денежные вложения, затраченные в надежде на будущий урожай – пропали даром.

Полтора месяца без хозяина. Итог: огромные убытки и долги

За те 43 дня, что жителя д. Людвиново продержали под арестом, засохла малина, заросли плантации клубники, кусты и саженцы голубики, туй. И даже пчёлы разлетелись… В личном подсобном хозяйстве на 2,3 гектарах земли Владимир Козека поставил две теплицы. Каждая по 100 метров длиной и шириной 8 метров.

По словам сельчанина, построить и накрыть одну такую теплицу стоит 3 тысячи долларов. Ещё около 4 тысячи долларов ушло на капельный полив. Посадил гектар малины, а это порядка 5 тысяч саженцев, потратил 2,5 тысячи долларов. Это по минимуму, не считая всяких удобрений, препаратов на обработку. Также, купил 400 кустов голубики-четырехлетки по 10 долларов за куст. Трехлетка частично осталась.

Урожай погиб – долги остались

По словам Владимира Георгиевича, в теплицах вся малина засохла без полива. 30 ульев с пчёлами было – все разроились и улетели, пока хозяина не было. Мёда с одного улья около 30 килограмм выкачивал за сезон. Это если по 15 рублей литр, получилось бы 13 500 рублей.

Не спасти уже и тысячи кустов и саженцев голубики. Клубника заросла, а урожай, который был, собрали «добрые люди», воспользовавшись, что дома никого нет. Владимир Козека живёт один. Мало что осталось и от саженцев туй, которые хозяин выращивал, чтобы продать и зарабатывать на жизнь. Единственное, что сохранилось – это ежевика.

Тяжело было смотреть, когда Владимир Георгиевич, понуро нагнув голову, ходил по заросшим полям, выбирал саженцы, чтобы найти те полуживые, которые ещё можно спасти…

Круговой маршрут: ИВС – суд, ИВС – суд… – голодовка

Владимира Козеку обвинили в правонарушении по ч.2 ст. 19.11 КоАП Республики Беларусь, якобы за распространение информационной продукции, включенной в республиканский список экстремистских материалов, а равно изготовление, издание, хранение либо перевозка с целью распространения такой информационной продукции.

И так три раза подряд, по одной и той же статье, за идентичные якобы нарушения.
Абсурдность этих протоколов и судебных заседаний вызывает недоумение. Это как судить за мелкую кражу того, кто стащил горстку конфет. Но за каждую конфету отдельно.

Суд первый! Судит Роман Карабан

Административное дело рассматривал судья Московского района г. Бреста Роман Карабан. Обвинение в правонарушении было построено на том, что мужчина был подписан на два информационные ресурса в социальной сети “Инстаграм”.  В. Козека говорил, что ничего он не распространял и даже не знал, что те ресурсы были признаны экстремистскими материалами, потому что подписался лет пять назад.

“Ничего я не лайкал, не репостил, читал иногда. Да и то, времени при деревенском ритме жизни на это нет, – сказал Владимир Георгиевич.  – Был я подписан на разные каналы, про некоторые и забыл давно, потому что несколько лет назад подписался. Ничего противозаконного, чтобы смотреть разные источники информации, я не видел”.

Но эти доводы судья Роман Карабан признал несостоятельными. Мол, надо было отписаться, когда группы судом были признаны экстремистскими материалами.

Судья признал Владимира Козеку правонарушителем и вынес постановление подвергнуть сельчанина административному аресту в виде 10 суток ареста с конфискацией телефона. А срок с 23-50 часов 10.05.2023 года по 23-50 часов 13.05.2023 года засчитать в срок административного ареста.

Правда, остался загадочным и не разрешённым вопрос, а как же быть с периодом с 13.05.2023 года до 19.05.2023 года, когда Козека был задержан и содержался под стражей? Кстати, прокурор там в курсе? Законно ли этого гражданина удерживали в ИВС больше 72 часов? Да что там 72 часов – его с 10 мая по 19 мая продержали в ИВС.

Суд второй! Судит Карабан

Следующий суд состоялся 26.05.2023 года. В том же телефоне, но уже в социальной сети «Фейсбук», нашли ещё одну подписку на ещё один информационный ресурс, который включен в список экстремистских материалов.

Дословно приводим текст мотивировки из постановления судьи Романа Карабана:

Козека хранил с целью распространения с целью распространения информационную продукцию, включённую в республиканский список экстремистских материалов, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.2 ст. 19.11 КоАП Республики Беларусь. О хранении данной информационной продукции с целью распространения свидетельствует тот факт, что согласно общеизвестным алгоритмам работы социальной сети «Фейсуб» подписка пользователя на определённый ресурс влечёт к рекомендации данного ресурса иным подписчикам такого пользователя, увеличивая охват соответствующего ресурса».

По той же ч.2 ст. 19.11 КоАП Республики Беларусь тот же судья суда Московского района Роман Карабан вынес постановление наказать Владимира Козеку 15 сутками ареста. И, внимание – постановил засчитать в срок административного ареста срок задержания в период с 23-50 часов 16.05.2023 года по 23-50 часов 19.05.2023 года.

Интересная картина получается. Суд подтвердил уже вторым постановлением, что Козека задержан был уже на 6 суток, т.е. на 144 часа (!). На каком же законном основании удерживался В. Козека с 13.05 по 19.05.2023 года?

Суд третий! Судит Карабан

Очередное дело сотрудник, составляющий административный протокол, снова оформил за правонарушении по ч.2 ст. 19.11 КоАП Республики Беларусь за подписку ещё на одну запретную группу. Третий по счёту суд на Козека состоялся 2 июня 2023 года. На этот раз деревенского жителя обвинили, что он в Ютубе подписался на экстремистский канал.

Только вот когда? Находясь уже под арестом или по дороге от суда в ИВС? Доблестному правоохранителю не хватило двух раз, чтобы установить при осмотрах все запрещённые группы в телефоне, на которые был подписан Владимир Георгиевич? Тут вот что удивительно, осмотр лицо, ведущее административный процесс, составляло 12.05.2023 года. А в административном деле, которое суд рассмотрел ранее, 19 мая 2023 года, осмотры уже были проведены 10.05.2023 и 14.05.2023 года.

В суде, который прошёл 26 мая 2023 года, приложены к делу протоколы осмотра телефона 16 мая 2023 года. А как это могло произойти, что остался осмотр за 12 мая?(!) Что это за отложенное «доение козы»? С какой целью было скрыт задокументированное процессуальное действие и протокол осмотра? Чтобы состряпать ещё один протокол? Странно, что в прокуратуре этого «не заметили».

А судья Московского района г. Бреста Роман Карабан признал всё законным и наказал Козеку 15 сутками ареста, а в постановлении указал, что срок административного ареста Козеки Владимира Георгиевича исчислять с момента задержания. И вот снова удивил – в постановлении суда от 02.06.2023 года не указан, а какой это период задержания. А что случилось?

Может кто-то вспомнит про ЗАКОН, что орган ведущий административный процесс обязан доказать вину и умысел. Умысел доказали? Ин тех постановлений, что вынес суд, этого точно не видно. Деревенский мужчина уже соглашался, что виновен…

К своему 60-летию объявил голодовку

За двух заседаниях судов 26 мая и 2 июня, Владимир Георгиевич признавал свою вину. Говорит, что хоть и никаких он экстремистских материалов не распространял, думал, что признание смягчит судью. Надеялся, что его отпустят домой. Переживал, что дома, пока его держат под арестом, погибали плоды его труда на земле.

Но когда снова судья Карабан дал 15 суток, после третьего суда Владимир Козека 4 июня написал заявление и объявил голодовку. Почти в канун своего юбилейного 60-летнего дня рождения. И голодал, пока не выпустили на свободу.

Доказательство в суде – «общеизвестные алгоритмы работы соцсетей»?

Уже по прошествии этих судов и арестов, можно посмотреть за что судят и дают наказания. Во-первых, факт хранения, без распространения запрещенной законом информации не образует состава административного правонарушения. Хранение с целью распространения неотделимы.  А сшить дело белыми нитками, как в народе говорят, это ж незаконно.

Из текса постановления очевидно лишь, что судья, основываясь на сомнительных аргументах, сделал вывод, мотивировав якобы факт распространения какими-то «общеизвестными алгоритмами работы». Это такой новый вид доказательства? Интересно было бы узнать мнения других правоведов.

Но вот факт, который никто пока не сможет опровергнуть! Ни судья, ни кто-либо другой, нигде в настоящее время не найдёт документа, в котором владельцы Ютуба, Фейсбука выложили бы открыто алгоритмы работы соцсетей. Поэтому и считать какие-то «общеизвестные алгоритмы работы» соцсетей – это недопустимое доказательство.

А у судьи Карабана, получилось! Читая его постановления, разные соцсети «Фейсбук», «You Tube», “Инстаграм”, выходит, работают по одинаковым «общеизвестным алгоритмам». Каким? Где эти факты и доказательства? Может, есть такой документ, где прописаны эти «общеизвестные алгоритмы работы видеохостинга», «общеизвестные алгоритмы “You Tube” или “Фейсбук”?

Кем, когда и где приняты эти алгоритмы, если речь о справедливом, всестороннем рассмотрении дела? Да  будет известно судье и тем, кто оформляет подобные протоколы, что как раз общеизвестно, что никто из пользователей не знает алгоритмов ни Ютуба, ни Фейсбука. Это держится в строжайшей тайне, так как преследуются коммерческие цели собственников этих интернет-платформ.

Посягнул на неизведанное

Как работают алгоритмы фейсбука, ютуба – ни один специалист, эксперт, не предоставит доказательств. Он может лишь высказать мнение и сделать свои выводы на основе статистических данных конкретного ресурса, группы в соцсети.

Но в каждом отдельном случае результаты могут быть абсолютно разными и даже противоположными. А доказано ли, как конкретно подписка на конкретный канал или группу, на которую подписан был В. Козека, повлияла на это распространение? И опять же, а в чём виновные умышленные действия доказаны? Поэтому и постановления суда в данном случае вызывают большие сомнение в законности и справедливости.

Постановления суда требуют надзора и правовой оценки

Читая эти постановления суда по Козеко, поражает цинизм того, что в них изложено. Ладно, как под копирку составлены некоторые части мотивировки. Но как можно писать в постановлении «с учётом неоднократности привлечения Козека в административной ответственности за аналогичные правонарушения» и наказывать арестом, когда человек был под арестом, когда штамповали новые протоколы?

Вопрос надзорному органу, который обязан следить за точным и единообразным исполнением законодательства, а также законностью принятых постановлений суда: как Козеко мог совершать повторные правонарушения сидя в ИВС? Как так получилось, что из тех допустимых «доказательств», которые принял суд и самого постановления суда, В. Козеко, уже на изъятом и конфискованном телефоне осуществлял хранение и распространение экстремистских материалов?  Ему в камеру ИВС приносили и давали пользоваться, конфискованным телефоном, чтобы он подписался ещё на какие экстремистские группы?

А вот ещё один вопрос, который уж явно не должен пройти мимо надзорного органа – прокуратуры. А на каких законных основаниях Козеко держали под стражей более 72 часов без составления протокола об административном правонарушении? Как это соотносится со ст. 8.4 ПиКоАП Республики Беларусь? Она гласит, что административное задержание физического лица, в отношении которого ведётся административный процесс, может длиться не более трёх часов, и в отдельных случаях не более 72 часов.

Другая сторона «медали», или Чего добились?

Возьмём всесторонность, объективность и полноту разбирательства, что обязан учесть суд при рассмотрении дела. Как суд учёл тот факт, что применение меры административного ареста фактически нанесло существенный вред правам и законным интересам не только гражданину, но и государству?

То, что он формально безработный, не значит, что этот деревенский житель у государства на иждивении. Или может кто будет отрицать тот факт, что человек тяжёлым трудом создавал продукты питания в большом количестве, не только для своих нужд. Эти продукты имеют стоимость, он продавал своими руками выращенные ягоды, мёд, саженцы. Зарабатывал и покупал на эти деньги продукты, где в каждом товаре минимум есть 20% НДС.

А не для того правоведы, законодатели в санкции административного законодательства использует альтернативные санкции? И штраф по этой статье, даже если и было бы нарушение, предусмотрен.

Может судье Роману Яковлевичу Карабану и тем, кто составлял протоколы стало легче, что человека держали под арестом? Или пользу они обществу принесли, лишив человека средств в существованию? Что своими действиями они не позволил внести вклад гражданину в пополнение бюджета? Или взыскав в 50% от базовой величины за каждый день содержания под арестом в тех ужасных условиях и издевательствах, о которых мы не стали тут упоминать, компенсируют его вклад, а главное, являются справедливым и законным наказанием?

Какова цель этого конкретного задержания и арестов, которые поставили сельского человека на грань разорения? Чтобы он жил в страхе? Чтобы принудить его смотреть телевизор? Или запретить читать то, что не нравится власти? Может запретить мыслить и иметь собственное мнение?

Хотелось бы узнать, как отреагирует надзорный орган на изложенные факты. Всё ли законно было в этих делах, которые учинили над сельчанином Владимиром Георгиевичем Козека. Будет ли обжаловать это дело сельсанин в Брестском областном суде – неизвестно.

ВЫУЧИТЕ НАИЗУСТЬ:

Конечно же возникает вопрос, а обязан ли гражданин показывать свой телефон и содержимую информацию?
Ответ есть чёткий на то, если вы не хотите показывать, то имеете полное право и никто не имеет права принудить.
В телефоне могут быть сведения, переписка о вашей частной жизни. Это право защищает ст. 28 Конституции Республики Беларусь. 

Статья 28. Каждый имеет право на защиту от незаконного вмешательства в его частную жизнь, в том числе от посягательства на тайну его корреспонденции, телефонных и иных сообщений, на его честь и достоинство.

А вот ещё одна статья, которую обязан знать каждый:

Статья 27. Никто не должен принуждаться к даче показаний и объяснений против самого себя, членов своей семьи, близких родственников. Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы.

Пользуясь данными правами, надо ещё знать, что все факты незаконных требований, давления, угроз и т.п., каждый человек может обжаловать. В том числе и путём направления заявления о возбуждении и уголовных дел в отношении тех, кто превышает свои служебные полномочия, кто нарушает права и свободы гражданина Беларуси.

Читайте еще:
Где в Брестской области чернику уже принимают, а где – только готовятся?