Был строителем в Беларуси, а стал бизнесменом в Польше

ПРЫЖОК В НЕИЗВЕСТНОСТЬ

– Алексей, как ты вообще оказался в Гданьске? И что подвигло тебя к такому прыжку? 

– В Польше я уже четвертый год. У меня была давняя мечта – жить в Еропе, а после окончания колледжа она лишь усилилась. Ну, а до ее реализации была еще, как водится, длительная предыстория.

Сначала я понял, что не хочу жить в райцентре, и даже в области. Для меня это был путь в никуда, вернее в «алкомир». Ведь работать по пять дней где-то на заводе, ждать пятницу, чтобы отметить рабочую неделю – это так себе перспектива. Поэтому я укатил в Минск.

За время жизни там обзавелся новыми знакомыми, купил жилье, поменял пару машин. Работал все это время строителем. Сначала простым рабочим, и так дошел до мастера – бригадира на стройке. Плюс в свободное время подрабатывал еще на шабашках.

Жизнь била ключом, правда, случались и кризисы. Тогда я уезжал работать в Москву к отцу.

Мой график был примерно таков: 2-3 года Минск, год – Москва. Ну а в Польшу меня приглашали постоянно, в том числе мой приятель и односельчанин Сергей. Плюс во время поездок в Москву я тоже мониторил переезд в ЕС.

Но все как-то откладывалось. То лень, то страшно, ведь едешь совсем в другую среду обитания. Наконец, я понял, что жизнь уходит, и если сидеть и просто ждать, то в итоге дождусь пенсии и никуда не поеду. Я открыл себе рабочую польскую визу, продал машину и уехал.

Тогда поставил себе цель – продержаться в Польше год. А Гданьск выбрал потому, что тут жил Сергей. Окунуться самому в полную неизвестность было страшно.

– Как я понимаю, в Польше тоже занимался строительством?

– Да, занимался монолитными работами. И сразу же столкнулся с жестокой реальностью, как наши кидают своих же. Но если бы не это, то, наверное, и не начал бы свой бизнес.

Работал я на одну даму из Гродно. К ней было много вопросов и по работе, и по оплате. Поэтому ушел к другому работодателю, тоже белорусу. Вскоре понял, что не будет толку и у него.

Пока работал, вынашивал план открытия своего бизнеса – жизнь сама толкала меня к этому. Я быстро обзавелся нужными знакомыми, вник в суть дела, но опять-таки, страх не позволял начать. Ведь это все новое, плюс ты в чужой стране.

Но мечты сбываются, пусть и со временем, и не так как тебе хотелось бы, чтобы раз! – и ты уже готовый Тим Кук!))

Последней каплей стал момент, когда второй работодатель просто перестал платить. Да и до этого деньги давал по каплям. Три месяца я терпел, но однажды утром встал, позвонил другу и сказал: «Открываем свое дело!». На тот момент, кроме желания, у нас на двоих было всего 500 злотых, и моя кредитная карта на 1500 USD.

Не знаю как, но мы стартовали с 45 000 злотых (10 000 USD). Одалживали по крупицам у всех знакомых, снимали жилье работникам в долг. Взяли рабочую машину тоже в рассрочку.

В общем, залезли в долги «по самое не хочу». Полгода разгребали. Второй раз на такую авантюру я не пошел бы.

– Время для открытия бизнеса вы выбрали тоже не самое удачное – пандемия, кризис…

– Да, кризис внес свои коррективы в планируемый успех. Девелоперы ужали объемы строительства, соответственно, и работы стало меньше. Плюс вернулись назад из Германии и других стран криворукие строители, готовые работать за миску супа. Там их скорее всего выперли, а тут они сбили цены сразу на 40%.

Ситуация нарисовалась странная: с одной стороны — кризис, все растет в цене, а с другой стороны – упали расценки. Очень много фирм закрывается, не выдерживают, особенно те, кто работает по-белому. Ведь налоги нужно платить, и не малые.

Поэтому на сегодняшний день настроение у всех не радужное. Но к лету все должно восстановиться – мы оптимистично смотрим в будущее.

– Стоит ли в таком случае заниматься бизнесом?

– Стоит ли заниматься? Вопрос двоякий. Как и в любом бизнесе, ты работаешь 24/7. Это стресс и нервы. Иногда даже подумывал заканчивать это дело. Не каждый может выдержать такой ритм. Проще молотком постучать и после работы спокойно ехать домой.

На сегодняшний день у меня работает 30+ работников. И приходится нести ответственность, как за фирму, так и за каждого работника.

С другой стороны, потратил столько сил, денег и времени, что уже жаль бросить. И, повторюсь, я оптимист, и жду опять роста строительства.

ПОЛЬСКАЯ СТРОЙКА

– Расскажи тогда немного о своей работе: что строите? Кто заказчики? Сложно ли найти заказы?

– Строим 4-5 этажные дома на 1-2 подъезда. Здесь низкоэтажная застройка. Таких как в Минске домов-«свечей» на 25 этажей, очень мало. Мне нравится это делать, особенно новые проекты, идеи. Это веселее, чем минские «свечки» – монотонная работа на полгода.

Заказчики – инвесторы, стараемся работать с крупными, в Труймясте (конгломерат из Гданьска, Гдыни и Сопота) таких наберется с пять. Потому что это гарантированная оплата.

До кризиса мои работники держались в одном месте, а сейчас разбежались по разным объектам, т.к. параллельно тянем и частное строительство – тоже жилые дома. Получается, что половина работников фирмы там, другая здесь.

Заказы сейчас найти тяжелее, девелоперка упала, продажи идут плохо, много фирм закрывается, и конкуренция сильная. И расценки на работы не поднимаются, в отличие от товаров в магазинах, потому что много желающих работать по расценкам годовой давности и даже за меньшую ставку. У нас тоже строитель работает за меньшую ставку, чем была летом.

В принципе, работа есть, без хлеба не останешься. Но все равно не то, что было год назад, а тем более два года. Тогда можно было заходить к любому инвестору, открывая дверь с ноги, – и через час у тебя был подписанный контракт. И только строй – любые тебе условия, любые цены.

Сейчас все ждут весны, лета, когда должны увеличиться продажи квартир. Все ждут указа президента Дуды об ипотеке под 2%.

Много здесь строителей из Бельгии, Германии – там рынок тоже перенасыщен. Поэтому конкуренция специалистов в строительном сегменте сейчас очень большая.

Среди инвесторов тоже много обманщиков и аферистов, т.е. можно работать за бесплатно – человек просто пропадает и тебе не платит. Можно судиться годами и ничего не отсудишь. Вкратце – так.

– Алексей, а кто в твоей фирме работает – белорусы, поляки, украинцы? Какие национальности самые добросовестные, или это зависит от каждого конкретного человека?

– Белорусы и украинцы у меня – 50 на 50. Все зависит от человека. Если есть какие-то отклонения – боремся, да и свои же рабочие стараются привести такого в чувство. Белорусы старательны, а в принципе какой-то большой разницы не чувствуется.

– Набираете людей со строительными специальностями или может пойти любой желающий при условии, что научится на стройке в процессе?

– Летом набирали всех подряд, главное чтобы у человека было две руки и пару извилин в голове. Очень не хватало людей, а работы было много.

К примеру, у нас есть бывший ветврач, который спустя неделю уже вовсю работает молотком и рулеткой, таксисты бывшие, т.е. люди, в прошлом не связанные со строительством. Быстро все обучились, втянулись – проблем не было.

Сейчас тенденция поменялась, берем только специалистов. И даже меняем слабых на более сильных, и как работодатели можем диктовать условия и набирать людей под себя. Т.е. если ничего не умеешь и не хочешь – такие нам не нужны. Мы работаем по-белому, работаем на свое имя, поэтому стараемся выполнять все работы качественно.

– Можно ли сравнить стройку в Польше со стройкой в Беларуси, России?

– Большой разницы нет. Тем более что здесь много строителей из Украины и Беларуси. Есть объекты со строгим контролем, режимные. Одежда должна быть застегнута на все пуговицы, кругом стоят камеры, курить только в специально отведенных  местах, не тупить в телефон. Но таких объектов немного.

Я работал в Минске и скажу, что тут нет таких бешеных темпов, когда, если хочешь заработать – тебе надо находиться на стройке сутками. Здесь тоже стоять не будешь, но все-таки процесс идет как-то медленнее.

Если брать качество, это тоже зависит от объекта и инвестора. Если это элитное жилье, то инвесторы придираются буквально до миллиметров. Соответственно, там и квадратный метр жилья стоит в 2-3 раза выше среднего.

Поляки сами по себе не педанты, и в целом все похоже на нашу стройку, например, те же технологии армирования, заливки – идентичные белорусским. Разницы в качестве тоже нет.

Все индивидуально и зависит от инвестора и «керовника» (руководителя). Если делать свою работу хорошо, то и отношение к тебе будет соответствующее.

Когда мы начинали, к нам присматривались, мы проходили испытательный срок, нам не предлагали ничего серьезного.

Сейчас у нас все хорошо, мы себя зарекомендовали как ответственный подрядчик. У наших людей хорошая спецодежда, работники выбритые, чистые, опрятные, не пьяные.

Здесь есть много серых фирм-однодневок, работающих по-черному, которые не тратятся на спецодежду, налоги, и по ним сразу же видно, что они из себя представляют. А у нас уже есть имя. Но нам эти однодневки, конечно, портят жизнь, создавая конкуренцию.

– Алексей, какая сейчас средняя зарплата обычного строителя, чистыми, после уплаты налогов?

– От 5 000 злотых, в зависимости от навыков. (По курсу Нацбанка Беларуси – почти 1130 долларов).

–Для себя дом будешь сам строить?

– Ну, тут я в ситуации сапожника без сапог. Строить кому-то и себе – на все не хватит времени. Для себя придется покупать или делать чужими силами.

Есть и другие сложности. Например, иностранцам разрешено покупать землю под строительство дома не на всех участках. И даже готовый дом не везде можно купить. С квартирами намного проще.

Оптимальным вариантом для меня была бы Гдыня, но там ценник космический. Мне нравится популярная сейчас малоэтажная застройка с закрытыми дворами, в квартире две комнаты, но при этом интересная планировка. Это удобнее наших «свечек», где в одном подъезде живет тысяча человек и парковка на пять машин. Примерно такую квартиру и купил бы.

ПОДВОДНЫЕ КАМНИ БЮРОКРАТИИ

– Алексей, а как у них с бюрократией? Может быть, расскажешь о своем опыте по открытию фирмы? Какие подводные камни надо знать?

– В Польше фирму зарегистрировать не сложно. Есть два способа. Можно зарегистрировать через интернет, даже самому – это оптимальный вариант.

Либо через нотариуса – это вариант подороже, но там уже прописываются все возможные спорные вопросы и нюансы. Например, если вы открываете с партнером, то прописываете доли, возможные риски, что кому отойдет, если один захочет выйти из бизнеса и прочее, т.е. все юридические тонкости. А в интернете – просто базовый договор.

Мы с партнером открывались через интернет с помощью одних наших «друзей» белорусов.

Но они сделали очень криво, а денег с нас взяли, как будто оформляли через юриста.

Через год нам пришлось все переделывать. И в минувшем январе мы уже переоформили через нотариуса.

Бюрократия здесь сильно отличается от нашей. В Беларуси, если нужна справка, ее можно добыть в течение пары дней. В Польше это месяц минимум. Работники администраций сильно не спешат.

Мы, например, ждали решение суда полтора месяца – просто для изменения данных фирмы. И это нам еще повезло, можно ждать решения суда и три месяца. Поэтому бюрократия здесь развита.

Год назад при открытии фирмы нам надо было сделать счет и НДС, и ожидание доходило до трех месяцев.

Я к ним ездил, просил-умолял, мол, людям надо платить зарплату. А вся суть в том, что документ надо было из одного кабинета занести в другой, чтобы там поставили печать. И это делалось 2,5 месяца!

Говорят, это зависит от воеводства, и в Варшаве или Белостоке все делается быстрее. Если вы захотите что-либо срочно, скажу сразу – это не получится. Лучше привыкайте к польским реалиям сразу.

Все бумаги, которые тебе дают на руки, надо сохранять в течение пяти лет – а вдруг что-то пригодится? У меня накопилась целая папка таких бумаг. Я, признаться, и сам не понимаю, зачем их держу. Но надо держать, потому что могут потребовать.

И папка – это, если вы физическое лицо. А если юридическое, то для бумаг надо заводить не папку, а целую тумбочку.

Еще здесь очень развита бумажная корреспонденция: письма приходят просто на почтовый ящик. У нас в Беларуси, наверное, уже скоро забудут, что такое бумажные письма. А здесь это все держится на уровне.

В то же время, хорошо развита и электронная переписка. Если вы написали куда-то на е-майл, вам обязательно придет в ответ электронное письмо. В Беларуси, насколько я знаю, с этим еще не очень.

Регистрация фирмы – это только первый этап. Второй этап – очень-очень сложно найти толкового бухгалтера. Поначалу мы тоже работали с белорусами. И поимели столько неприятностей, что просто крыша ехала! Знаю людей, которые меняли по пять бухгалтеров за пару лет. И это даже не зависит от национальности.

Снять бухгалтера индивидуально на фирму – это стоит бешеных денег. Обращаешься в бухгалтерскую контору (бюро ксенгове), там есть несколько бухгалтеров, которые ведут несколько фирм.

Но там тоже все зависит от человека. Кто-то работает ответственно, а кто-то не хочет перетруждаться. Это тяжелый момент.

Я бы посоветовал тем, кто решится на бизнес в Польше: при поиске бухалтера не связывайтесь с белорусами и украинцами. Я понимаю, что на польском вам труднее общаться. Но эта первоначальная трудность избавит вас в будущем от массы проблем. И не бегите в первую попавшуюся бухгалтерскую контору. А читайте отзывы, узнавайте через знакомых.

Обратившись же в русскоговорящую бухгалтерскую фирму, вы с гарантией 90% попадете потом в неприятности. К вам же будут приходить из инспекции труда, налоговой, а бухгалтерия просто сложит лапки и скажет: «А мы ничего не знали». Отвечать же придется вам.

Наши или украинские эмигранты почитают поверхностно законы, купят бухгалтерскую программу «Бюро» – и вперед! А разных подводных камней они не знают.

Потом, за несоблюдение каких-то норм, неправильное ведение документации и тому подобное, могут быть очень большие проблемы – от закрытия фирмы (это еще самое малое) до огромных штрафов, начиная от 5 000 USD.

Еще важный вопрос. Очень тяжело закрыть фирму, такой процесс может тянуться до двух лет. Открыть через интернет ты можешь за неделю, а закрыть – уже как повезет. При том, что фирма не работает, ты должен оплачивать бухгалтерские услуги, потому как бухгалтер должен быть на фирме всегда.

– Какие-то моменты социального обслуживания, с которыми приходилось сталкиваться: что в Польше впечатлило, что, наоборот, разочаровало?

– Могу поделиться впечатлениями о медицине, т.к. прошел это на личном опыте. У нас, в Беларуси, вызов «скорой» – как поездка на такси. Температура 38С, и к тебе уже мчится «скорая», а в это же время кто-то может умирать, потому что нехватка машин.

А тут с этим все с точностью до наоборот: «скорая» к тебе приедет лишь в том случае, когда они проймут, что твоей жизни реально что-то угрожает. Если нет, вы можете ехать в больницу на своем транспорте или такси. А если окажется ложный вызов «скорой», то можно попасть и на штраф.

Про врачей. Тут все лечится ибупромом, это как у нас анальгин. Антибиотики здесь выписывают редко. Зато больничные дают без проблем. Следующий прием у врача – через неделю, а не как у нас – через день.

Очереди у них большие, попасть к врачу тяжело и долго – это бесплатная медицина по страховке. Все практически как у нас.

Если хотите быстро – есть частные клиники. Я подписан на «LuxMed», плачу абонплату 62 злотых в месяц. Когда у меня поднялась температура, я через приложение заказал врача. Вечером заказал, а на следующий день после обеда мне был назначен прием у врача. В этот пакет бесплатно входят процентов 60 анализов, какое-то количество процедур и врачей.

Есть расширенный пакет – за сто злотых (45-50 бел руб.) в месяц. Туда уже, к примеру, включено и МРТ.

Есть здесь и дистанционная медицина – телемедицина (телепорада по-ихнему).

Если заболел гриппом, ты просто звонишь терапевту, рассказываешь симптомы, и, не выходя из дома, тебе выписывают рецепт, дают больничный, а через недельку ты можешь прийти к врачу на прием.

С этого года вводится новшество – ночью будет работать не только «скорая», но и кабинет для больных с температурой – чтобы разгрузиться.

С наплывом мигрантов переходят на усиленный режим работы и медицина, и бьюти-сфера, думаю, в скором времени по воскресеньям начнут работать и магазины. Наши люди вносят свою лепту в польскую культуру.

Городской транспорт в Польше мне нравится. И в Варшаве, и в Труймясте – трамваи, троллейбусы, автобусы. Инфраструктура развита хорошо и добраться несложно в любую точку. Если живешь за городом – не проблема купить авто. Поезда, правда, приходят с опозданиями.

А первый снег обычно вызывает транспортный коллапс – тормозят и автомобили, и поезда. Не знаю, почему так.

Социальная обеспеченность населения в Польше выше. Если тяжелая ситуация – с голода и холода не умрешь точно. То же касается и мигрантов. Конечно, это не Германия, где нищие ходят с айфонами, но поддержка ощутимая.

– Алексей, а что у тебя с польским языком?

– О, это было интересно! Мы с товарищем прошли бесплатные трехмесячные онлайн курсы, которые предлагает центр помощи мигрантам. Как раз в то время был ковид.

Потом я в течение месяца ездил в Сопот на офлайн курсы, параллельно учился в интернете. И брал пару платных уроков.

Но проблема в том, что они все составлены по одной программе, как таблица умножения. Ты заучиваешь практически наизусть какие-то ситуации, а применить это в жизни не можешь.

Для общения надо знать глаголы и правильно их спрягать, а у меня сложности с правильными окончаниями. Для кого-то знание белорусского в этом отношении помогает, а для меня наоборот, все сложнее, потому что в голове сначала прокручивается белорусский вариант, а потом уже думаешь над польским окончанием. Так уходят секунды времени, что недопустимо при разговоре.

Как-то со мной училась женщина, занимавшаяся одновременно на пяти курсах. Она заучила наизусть целые куски текстов, но не могла применить это в разговорной речи. И никто не мог ее научить. В итоге мне стали неинтересны эти курсы, из-за повторяемости.

Гораздо эффективнее учить язык, находясь в среде носителей языка. Порой это происходит вынужденно.

После открытия фирмы мне пришлось работать напрямую с польскими инвесторами, а также разными органами. Это был волшебный пинок под зад, который заставил включиться мозг. Вспоминать и применять в разговорной речи все, чему ты научился.

Я тогда стал перед выбором: либо открывать фирму и включать мозг, либо влачить жалкое существование, потому что в чужой стране никто под тебя не будет подстраиваться, в том числе и в отношении языка. Пришлось учить и учить.

На стройке также хорошо подстегивает мышление технический язык, он сложнее, чем простой разговорный.

Я к тому же закончил специальную школу: по выходным полтора года учился на инспектора БХП, по-нашему, это охрана труда. Обучение было на польском.

Еще у нас был английский на польском – это вообще разрыв мозга. Но это дало плоды! За год я улучшил свои языковые навыки на процентов 70. Конечно, стараюсь говорить простыми предложениями, но зато на польском!

ЯРМАРКИ И ПРОЧИЕ РАДОСТИ ЖИЗНИ

– Как переносится балтийский климат?

– До ковида было все нормально. После него пару раз болел простудными заболеваниями. Погода здесь очень изменчивая, хотя знаю, что и в Беларуси стала такая же.

Осенью в конце августа ездили отдыхать на Балтику. 30 августа было +30С, а 1 сентября уже +10С и дождь. В течение суток колебание на 20 градусов Цельсия. Осень пришла равно по календарю.

Здесь меньше мороз, но зато по ощущениям -5 С как у нас в Беларуси -20С – из-за высокой влажности.

Весной с утра может быть жарко, а днем холодный ветер и надо надевать куртку.

В Балтике вода холодная. Но поляки купаются с мая, особенно дети – они закаленные. Мы же – заскочил и выскочил.

Люди одеваются странно: еще лежит снег, а человек может быть в куртке, шортах и шлепанцах. Или зимние штаны, а сверху кофточка или маечка.

У нас принято с рождения укутывать детей, а тут и без шапок, и намного легче одеты. Закаленные. Я тоже пару раз попробовал одеваться в их стиле, но все заканчивалось болезнью, даже серьезным гриппом. Наверно как с детства нас приучили, так и суждено прожить.

– Как проводишь свободное время? Посещаешь какие-то культурные мероприятия?

– Здесь мне очень нравятся ярмарки. Рождественская ярмарка в Гданьске даже заняла призовое место среди ярмарок Европы. А летом в Гданьске проходит ярмарка Святого Доминика, осенью в Сопоте – осенняя ярмарка.

Нравится праздничная атмосфера, национальные костюмы, музыка, еда на жаровнях, много людей. Очень интересно. Ходим на концерты. В июле собираемся на Рамштайн.

Гданьск сам по себе очень красивый город с выдающейся архитектурой, много чего можно посмотреть, особенно на старувке – в старой его части. Широко известен гданьский зоопарк, аквапарк – один из крупнейших в Европе. Пирс в Сопоте – местная достопримечательность. Я даже маму туда возил.

Прямо на Хельской косе у нас сейчас объект, море от него в двух минутах ходьбы. Сосновый воздух там перемешан с морским.

Своим в шутку говорю: «Люди платят бешеные бабки, чтобы отдыхать тут, а вы оздоравливаетесь, да еще и зарабатываете».

Там вообще интересно – в лесу доты, смотровая вышка, яхты.

Ездили в Варшаву в познавательных целях. Люблю бывать в метро в разных городах, это моя слабость. И могу отметить, что варшавское – довольно интересное, как, в принципе, и сам город.

А в основном мы ездим на природу, на море, обычно выбираемся на целый день – оторваться надолго не позволяет работа. Знаем одну затоку с теплой водой, где мало туристов. Раз ездили в Германию. В планах тур по Европе и мечта – слетать на недельку в Нью-Йорк.

Мне нравится польский подход в организации отдыха. Это белорусы проводят выходные на диване или в домашних делах. А в Польше вся семья вместе куда-то едет, т.е. используют для своего развития и познания каждую свободную минуту. Я тоже понемногу перенял этот образ жизни.

– Контачишь ли с какими-то белорусами помимо работы?

– Да, общаемся. Здесь много березовских. Мой одногруппник с семьей, он таксует. Надо помощь – помогаем, конечно, друг другу. Но как-то чтобы общаться близко – нет. У всех своих дела и интересы. Здесь развивается своя белорусская музыкальная среда. Собираемся со швагром восстановить группу и где-то выступать.

– Чего-то не хватает белорусского? Знаю, что некоторые в эмиграции скучают по черному хлебу, селедке, сыркам и т.д.

– Я какой-то нехватки не ощущаю. Селедка да, у них она с уксусом. Но можно найти и без. Пельмени можно найти в украинских магазинах. Сырки можно купить в Ашане. Хлеб на выбор любой. Поляки мало едят черного, и, как правило, он с добавками – орехами, семечками. Мы берем багетный батон к супу и, в принципе, уже отвыкли от хлеба. Драники? Могу их купить, а могу на терке натереть и сам пожарить.

В группах соотечественники много пишут, что того и того не хватает. Но никто не обязан под вас подстраиваться, сами меняйте свои вкусы. С появлением мигрантов появились и привычные им продукты. В Ашане и Лидле есть полки с украинской едой. Меня, честно говоря, возмущает это нытье в Фейсбуке.

Да, у поляков есть свои специфические блюда – фляки, селедка в банках, рассолы в бутылках… Но никто же не заставляет это есть.

С переездом в Польшу мы стали есть больше фруктов, овощей, потому что они тут дешевле, а скидки порой доходят до 70%. Отказались заодно от культа еды, который прививался родителями – на любой праздник стол должен ломиться от еды. В нашем холодильнике довольно просторно. Не в том смысле, что нет денег на еду, просто тут не принято много закупать и хранить. Мама была в шоке, когда приехала и увидела, подумала поначалу, что мы голодаем.

Из Беларуси мама привозит для презента спиртное, у нас хороший крепкий алкоголь; а также хороший шоколад «Коммунарка». Но, повторюсь, это так – для презента.

– Алексей, в заключение: какие дальнейшие планы на жизнь?

– Хочу отдохнуть недельку на океане. Это прямо мечта, нужно перезагрузится. Ну, а так, конечно, заиметь жилье, завести семью. Забрать родителей к себе. Ведь с таким ритмом жизни нет времени даже их навестить.

Читайте еще:
Белоруска семь лет живет в Нью-Йорке и рассказывает, почему нельзя не влюбиться в этот город