Пралеска (красавік)

Алла Мирзалиева

Морякам-подводникам затонувшего «Курска»

На тысячи миль – вода… вода..,
А на воде – цветы… цветы…
В сотни домов пришла беда
Из бездны, из черноты.

…Рыжий подросток тринадцати лет,
В точках веснушек вздёрнутый нос,
На пирсе безмолвно даёт обет –
Для моря растёт матрос.

Каплю крови смывает волна.
Что та капля? Кругом вода.
Но море и мальчик – душа одна
Отныне и навсегда.

…Сто метров – разве величина?
Даже младенцу – пару минут
На суше. Попробуй уйти со дна,
Когда в сотне сверху – вода одна.
А дома ведь ждут.

И жмёт аварийный сигнал матрос,
Он верит: успеют помочь.
Так вдруг тревожащий душу SOS
Пронзил уходящую ночь.

Стук… Стук… Еще раз, еще…
Стук сердца живого в мертвой броне.
В последнем порыве – к плечу плечо,
И губы молятся горячо
В таинственной глубине.

Проблеск надежды, едва-едва:
Скрежет металла…
Может, спасут?
В туманном мозгу всплывают слова:
Ведь там, на земле, ждут.

Бьется прибой за волной волна,
Брызги как слезы.
Беда… Беда…
Мальчик и море – душа одна
Отныне и навсегда.

Юрий Савеня

ххх

Больше, чем солнцем, судьбой утомленные,
Не прячут печальный свой взор
Старики, сединой убеленные,
Ведя меж собой разговор.

Трудно им стало уже шевелиться,
Не тревожит упавший забор,
Одиноко ночами, совсем не спится –
За это их детям укор.

Разлетелись кровинки по свету,
Забыли про отчий дом.
А от них ждут хотя бы привета,
Отправленного письмом.

Нет кормилицы – их буренки…
Слабым стало пожатье руки…
Рядом с Клецком, в родимой сторонке
Доживают свой век старики…

В мае

От тёплых дождей земля оживает,
Радует зелень полей.
Ярко, но быстро сады отцветают,
Трели завёл соловей.

Сирень хмелит, благоухает,
Белеет ландышей ковёр,
И лягушки затевают
Свой весенний дружный хор.

…Всё закончится – я знаю,
Сказки затворится дверь.
А пока кружится в мае
В садах белая метель.

Вячеслав Трепачко

Пришла весна

Пришла весна, пришло тепло –
И стала оживать природа.
От солнышка чудно, светло –
Стоит прекрасная погода!

Свистят-беседуют скворцы,
Свои жилища обживая.
Поют гармонии творцы,
Всех нас к любви, добру взывая.

Растаял снег, бегут ручьи,
Во всем пошло движенье.
Пройдут, весна, деньки твои,
Как райское мгновенье.

Драма планеты

Запутались люди во мгле
В темени, страхе и мраке.
И живут земляне во зле,
В зависти, подлости, драке.

Избили планету на нет,
Ужас от взрывов и стонов.
За день творят на сто лет,
А может и – миллионов.

Делят по новой на части
Страны и материки.
Делят в дьявольской страсти,
Считая, что Бог – пустяки.

Делят, хватают, кромсают,
Бьются за газ и за нефть,
Режут и травят, взрывают,
Толкают на верную смерть!..

Одумайтесь, люди чудные –
Пора уж нам сделать антракт,
Чтоб впомнить, что все мы родные,
Чтоб стать нам на Божеский тракт.

Уладзімір Бабулін

Славуты певень
(байка)

Было ўсё гэта сярод лета…
Падчас птушынага банкета
Кілішкі весела ўздымалі,
Калегі тосты прамаўлялі:
За шчасце, за працяг ”пароды”,
Жылі каб дружна ўсе народы.
Тых тостаў усіх не палічыць,
А на прыродзе добра піць…

Прыкмеціў Качур-тамада
Што ў пеўня ў келіху вада.
“Дык гэта для сяброў – бяда”, –
Усе абурацца пачалі,
“Штрафную” пеўню налілі.
Далі тут слова салаўю,
А Певень: ”Я не п’ю, не п’ю!”
Тут Дрозд падняўся і зароў:
– Не шанаваць сваіх сяброў?!
Нягожа, дружа, рабіць гэтак
Тут на палянцы, сярод лета!
– Вось не было ў жыцці мне гора!
Каб ведалі, як я ўжо хвора –
Сэрца ў мяне даўно баліць,
А мушу піць сёння да дна,
Ды й я такая не адна.
– Ну як жа, Пеўнік, трэба піць!
За нос не трэба нас вадзіць! –
Надзьмуўся важны пан Гусак,
Захлопаў крыламі Шуляк.
Прыдзюбіў Певень віна крышку…
З бакоў крычаць :
– Хіба ты мышка?
Не можна так, пі ўсё да дна.
Даліць яму яшчэ віна!
І Певень болей не трымаўся
І піць віно не адмаўляўся.
Праз паўгадзіны ён “зламаўся”,
Упаў пад стол і там застаўся.
Пайшла пра Пеўня ў вёсцы слава –
Гарэлку п’е ён, быццам каву:
Учора зноў зваліўся ў роў,
І п’е цяпер ён без сяброў.
Хоць Певень той не п’е даўно –
Не лезе ў рот яму віно.

***

Як бы высока ты ні лётаў,
Не спыніш сверб суседскіх плётак.
Калі хоць раз ты так напіўся
І, быццам сноп, пад стол зваліўся,
Дык “слава” прыляціць міжволі
Хутчэй за вецер буйны ў полі.
І трэба добра пастарацца,
Каб чалавекам зноў назвацца.

Алексей Голоскок

Друзьям-однокурсникам

Труба походная нам затрубила “Сбор” –
На зов её расправили мы плечи,
Преградам всем земным наперекор,
Как птицы, прилетим на нашу встречу.

Поверку проведём по старым спискам,
Кого не будет, скажут пусть друзья:
“Не смог”, ”Не стало”, ”Будет, уже близко”,
А за себя ответит громко: ”Я!”.

Вновь убедимся – стало меньше нас:
Нежданно тенями ребята улетели,
Живым нам в неизведанный «запас»
Оставив здесь награды и шинели.

Помянем их звенящей тишиной,
Водкой в стакане и краюхой хлеба.
Пусть им приветлив будет мир иной
И звёзды их не гаснут долго в небе.

Мы за столом споём былые песни,
Расскажем, кто как в это время жил,
Судьбу попросим: “Рано в поднебесье,
Дай нам здоровья, дай немного сил…”

При расставаньи будет много слов,
Объятья крепкие и обещания,
Что мы, конечно, соберёмся вновь,
Нас не удержат годы, расстояния.

Ніна Кавальчук

Вясна 1986 года

А сонца залівала наваколле,
Зрываў з вяровак вецер паўзункі.
І немаўля ў калысцы на прыволле
Гуляць павезлі большыя сынкі.

Загушкалі-залюлялі малога,
Дзіцячым гульням – самая пара.
Я наўздагон сказала хлопцам строга:
– Не бегайце далёка са двара.

Усюды маці мрояцца няшчасці,
Бо з дзецьмі недалёка да бяды.
Каб хоць іх бокам абышлі напасці,
Каб іх не страціць ад агню, вады.

Зайшоў у двор работнік сельсавета:
«З вяровак лепш бялізну ты здымі.
Паслалі папярэдзіць вас пра гэта.
Аварыя… Дзіця ў пакой вазьмі.

І большых дзетак забяры ў хату.
А не, дык хоць панамкі ім надзень.
Табе тлумачыць, што такое атам,
Лічу я лішнім. Ясна ўсё як дзень».

А дзень быў ціхі, сонечны і мірны.
О Божа, што ён тут нагаварыў?
Чарнобыль нейкі, пыл радыяцыйны,
Чацвёрты блок. Рэактара ўзрыў…

Але пры чым тут паўзункі і дзеці?
Ніяк не ўцямлю, ад чаго ўцякаць?
Што нам прынёс ты, красавіцкі вецер,
Якой бяды цяпер усім чакаць?

Я ў кнігах ліхаманкава шукала
Усё, што мне паможа зразумець
Пра стронцый, цэзій… Гэтая навала
Нясла ў сабе хваробы, слёзы, смерць.

Ды як жа так? Няўжо нам гора мала?
І Бог чамусьці не адвёў бяды.
Нам лейкаміі толькі не хапала,
Забруджаных паветра і вады.

Гады ішлі. Мы верылі адчайна:
Бяда міне, у нас жа чысты фон.
Нябачны вораг вёў работу дбайна
І выганяў людзей са шкодных зон.

Нябачны вораг – што страшней бывае?
Прывыкнуць немагчыма да яго.
Хоць з-за вугла ў нас ён не страляе,
Ды ад яго чакаць можна ўсяго.

Ад выбуху на станцыі далёкай
Вядзём адлік ”чарнобыльскіх” падзей.
І ў гэтым годзе сын мой каравокі
Адзначыць першы круглы юбілей.

Такая доля нашай Беларусі –
Удары лёсу на сябе прымаць.
Вяртаецца з краёў далёкіх бусел
З сяброўкаю – вясну тут сустракаць.

Вячеслав Нестерук

Весна

Весна! Нам голубое небо снится,
И стаи птиц летят, покинув юг.
Морозной вьюгой север не грозится –
Теперь для всех он брат и друг.

Весна! Простор, желанная свобода…
Как глубоко и вольно дышит грудь!
Ах, птицы милые, для продолженья рода
Сорвались вы в далёкий путь.

Весна! Сильнее сердце бьётся,
И в нем любовь, надежды и мечты.
Мне верится, что счастье улыбнётся,
Со мною будут май, цветы и Ты.